Заказ и приобретение работ:

Для заказа и приобретения работ и печатной продукции Вам необходимо воспользоваться формой обратной связи или связаться с администратором Мастерской Андрея Будаева:

+7 903 797-16-93 – Михаил
+7 916 281-11-00 – Михаил (доставка по Москве)

Вступайте в наши группы ВКонтакте, Facebook, Одноклассники

Связь с нами:

Сообщение отправляется Сообщение отправлено
Купить календари Андрея Будаева

по вопросам приобретения и доставки по Москве обращайтесь по тел.:
+7 (903) 731-34-43 Елена, +7 (916) 281-11-00 Михаил

Веселая злоба дня Андрея Будаева

Источник: Журнал "Лица" | Автор: Наталия Макуни | Дата публикации: 05 Ноя, 2005

- Знаете, с чего я хотел бы начать? – начал разговор художник Андрей Будаев, в очередной раз встряхнувший Москву своими политическими картинами- плакатами в рамках проекта «Постсоветская демократия – 15 лет пародии», на этот раз выставленными в Новом Манеже, прямо напротив Государственной Думы. – С благодарности Артему Боровику и всему холдингу «Совершенно секретно» за то, что одни из первых моих работ были когда-то опубликованы в журнале «Лица». А потом я сотрудничал с другим вашим изданием - газетой «Версией», куда каждую неделю делал политическую картинку. Это было очень интересно.

На вид он очень добродушный. Приветливо улыбается. Тихо говорит. Мягко шутит. Такой деликатный и интеллигентный. Мухи не обидит! Но посмотрите на его работы! Жесткая сатира, острый, все подмечающий, взгляд, безжалостная манера изображения. И только в редких случаях – ирония или усмешка. А на полотнах – одни известные персонажи, в основном – политические и, что особенно важно, - не только сошедшие с политической арены, но и действующие.

- Андрей, вы больше человек веселый или мрачный?

- Скорее веселый.

- А зачем вам все это нужно?

- Я просто иллюстрирую историю, которую мы знаем. Пытаюсь найти ей какую-то визуальную форму. События, которые происходят у нас в стране последние 10-15 лет, настолько содержательны, информативны и парадоксальны, что мне хочется, чтобы это было как-то зафиксировано в изобразительном искусстве. Наверное, если бы я видел, что есть художники, которые могут это сделать более качественно и масшатабно, я бы этим не занимался.

- Ваши произведения вызывают интерес героев, на них изображенных?

- Для меня в первую очередь важен тот зритель, к которому я обращаюсь. И это отнюдь не изображенные мною политики. Я вас уверяю, это диалог не с политиками. И у меня нет никакого мотива заинтересовывать кого-то из них.

- А вас не упрекают в конъюнктуре? Если бы вы изображали цветочки, вряд ли ваши работы вызывали бы такой ажиотаж?

- Конъюнктурных работ у меня нет. Но, скажу честно, что я поддерживал Юрия Михайловича Лужкова, когда Кириенко захотел стать мэром. И считаю это абсолютно правильным - поддерживать такого политика, как Лужков. К тому же это огромная честь и ответственность. Я очень уважаю и люблю этого человека, при нем Москва стала европейской столицей, и на всех работах он у меня комплиментарен. Наверное, это кто-то может расценить, как конъюнктуру. Но это не моя проблема.

- Вы серьезно интересуетесь политикой?

- А у нас вообще очень политизированная страна. Если мы уже за завтраком не отрываемся от новостей, - как тут не политизироваться? Правда, люди по-разному фиксируют и оценивают происходящее. Несмотря на серьезность, а порой и драматизм событий, я постоянно замечаю что-то парадоксальное, абсурдное и смешное. Поэтому мне даже не надо ничего специально придумывать - иллюстрирую то, что вижу.

- Как называется жанр, в котором вы работаете?

- Его можно назвать политическим плакатом. Другое дело, что форма его приближена к картине, да еще задействовано много параллельных жанров – скажем, изображение скульптур, кадров из фильмов, и это все создает такой насыщенный изобразительный ряд, эдакий бэкграунд.

- А как это сделано?

- На компьютере, с помощью современных цифровых технологий, а потом напечатано на холсте. То есть это не рукотворная вещь, что для меня тоже является принципиальным, потому что рисовать это от руки было бы смешно. Мне важно, что работа делается быстро и точно, почти как политическая карикатура.

- «Утром в газете, вечером – в куплете»?

- Именно.

- А как рождается замысел очередного «шедевра»?

- Я уже сказал, что когда смотришь новости и получаешь очередную порцию «ужасов нашего городка» - рождается сюжет. Остается его только пластически оформить.

- А пластическое решение тоже возникает сразу или приходится перебирать много вариантов?

- По-разному. Есть темы, которые мне интересны с начала 90-х годов и я до сих пор не могу найти форму, чтобы это было убедительно. А иногда все получается очень быстро.

- Вы сами смеетесь над своими работами

- Когда они получаются смешными - конечно.

- А как реагируют зрители?

- Чаще всего люди недоумевают – как такое возможно? Как это можно выставлять?

Очень много спрашивают, не боюсь ли я показывать эти работы? И я отвечаю, что странно было делать это и бояться.

- То есть вас воспринимают, как смелого человека, а вы себя таковым не считаете?

- Нет, я просто художник с ярко выраженной гражданской позицией и умеющий делать профессионально свою работу.

- А чем вам пришлось расплачиваться за предыдущие выставки? Говорят же, что за все жизни приходится платить?

- Моя расплата - это продолжение проекта, увеличение количества плакатов и бесконечный поток работы, который с этим связан. Если назвался пылесосом - нельзя говорить, что это – пыльная работа. Приходится делать и делать.

- Много работаете?

- Да почти каждый день. И даже если я не сижу за компьютером, все равно думаю - как это сделать, как переделать? Это бесконечный процесс, как у любого творческого человека.

- А во сне вас ваши герои не преследуют?

-Никогда! – улыбается Андрей. - Политики мне никогда не снятся. Если бы они еще и снились – это было бы драмой. Достаточно того, что они нас преследуют медийно.

- Кроме политического плаката вы еще занимались чем-то?

- Последнее время я, в основном, занимаюсь этим проектом. Думаю, и дальше буду это делать. Я получаю от этого удовольствие, мне это интересно. Именно за этот проект меня благодарит много людей, и мне доставляет удовольствие их радовать. А еще я много фотографирую, делаю какие-то картинки.

- Вам в других темах, сферах жизни не достает абсурда, который есть в политике?

- Да нет. Меня спрашивают, не хотел бы я сделать плакаты с персонажами шоу- бизнеса? В принципе, они тоже являются «медийным элементом», который влияет на наших граждан. И там тоже немало абсурда, Так что, наверное, мне полезно будет расширять диапазон.

- Достанется всем!

- Да, мы никому ничего не простим! – с интонацией трибуна произносит Андрей и добродушно хохочет.

- Есть уже конкретный замах на кого-то не из политиков?

Благодушие с лица Андрея исчезает.

- Меня очень зацепило, когда произошла трагедия в Беслане, и я слышал чуть ли не из каждого окна песню Верки-Сердючки «Все будет хорошо», - говорит он. - Уже шел штурм, гибли дети… И – разухабистая песня… Думаю, что те люди, которые медийно нами управляют – руководители телеканалов и т.п. – станут следующими моими персонажами.

- А когда вы учились, как себе представляли, чем будете заниматься?

- В 80-е годы у меня были юношеские максималистские взгляды, сейчас все это ушло, и осталась работа: я понимаю, как, что и зачем делать.

- А на кого вы учились?

- В Полиграфический институт меня не приняли. Так что путь в искусство был довольно сложным. Но зато мне повезло учиться на практике. Сразу после школы я делал в издательствах какие-то полиграфические проекты с художниками, а потом и самостоятельно. Это была графика – книги, плакаты. Делал и выставочные работы для всяких республиканских, всесоюзных выставок. То есть я участвовал в таком культурном процессе, но в 90 е годы, когда произошел этот слом и все организации типа объединения молодых художников, домов творчества, где мы могли работать в мастерских, перестали существовать. У художника в нашей стране вообще сложный путь. У нас не существует рынка изобразительного искусства – есть рынок частных галерей, которые, в основном, зарабатывают деньги на антиквариате. Я не работаю с галереями. Я считаю, что художник должен делать авторские проекты. Что и начал делать одним из первых.

- То есть вы самоучка?

- Да нет. Я учился у студий, у хороших художников. Я сразу стал заниматься профессией. Да, я не ездил, как все студенты, на картошку, но зато процесс познавательно- профессиональный форсировал очень быстро.

- Кого вы могли бы назвать своими учителями в профессии?

- Эдуарда Дробицкого, вице-президента Российской академии художеств, человека, с которым я общаюсь 20 лет. Он открывал эту выставку. Бориса Ефимова, легендарного карикатуриста, работавшего еще с Маяковским в «Окнах роста», который в свои 105 лет помнит наизусть «Василия Теркина» … Он открывал все мои предыдущие выставки, но сейчас уехал в Прагу по делам. Когда процесс обучения происходит в общении, - продолжает Андрей, - когда ты смотришь, как эти художники работают, когда с ними по-дружески выпиваешь - это лучшее обучение!

- А для себя вы что-то рисуете?

- А я и рисую для себя. Когда делаю какую-то картинку, я получаю от этого удовольствие. Кроме того, я фотографирую и делаю пейзажи на компьютере - не для публичных выставок.

- Как профессия меняла вас?

- Понятно, что для того, чтобы делать свои работы качественно, я должен использовать самые последние достижения - компьютерные, цифровые. Я. же художник такой – технологический, - улыбается Андрей. – Конечно, приходится постоянно углублять и расширять технические знания. Это все развивает.

- Что же, в таком случае, остается от художника, если все делает компьютер?

- Все остается, - удивляется Андрей. - Компьютер - такой же инструмент, как кисть или карандаш. Главное – это идея. А как инструмент компьютер - это загадочное создание с неограниченными возможностями. Я могу сидеть за ним часами, не уставая, делать картинку за картинкой.

- Чем отличается художник- профессионал от художника-дилетанта?

- Это очень тонкий вопрос. Иногда художник- дилетант, который рисует эмоционально, бывает точнее и искреннее, чем профессионал.

- Что вы как художник считаете сильным произведением?

- Это не художник должен говорить, а те, кто его оценивают.

- Но он это должен чувствовать, иначе, как он может тянуться к высокой профессиональной планке/?

- Чувствовать может, но говорить об этом – не обязан, - смеется Андрей. - Должны же мы оставлять какую-то недоговоренность? Творчество- это же некое таинство.

- А какие эмоции вы хотите вызвать?

- Всем понятно, как наша власть любит народ. Мне же хочется хотя бы немного проиллюстрировать, как народ любит власть.

- И вас не смущает, что вас могут посчитать довольно злобным человеком, который своими произведениями дает в морду всем, кто ему не нравится?

- Не смущает. Я мало того, что злобный, я еще и злопамятный. Не могу простить, что в 90-х годах все эти реформаторы отправили к помойкам поколение наших родителей, на панель – поколение школьниц, а молодых людей загнали на войну и в охранники в банки. В этом смысле я очень злобный человек и художник, который им этого никогда не простит.

- Как вы думаете, Родина вас не забудет?

- Родина-мать?.. Думаю, что за тот объем работы, который я сделал за эти годы и делаю сейчас, мне скажут спасибо.

- А какие из ваших работ любят ваши близкие?

- Им вообще нравится то, чем я занимаюсь. Вот моя мама завтра придет на выставку со своими подругами - я ее и спрошу об этом. Хотя, думаю, близким всегда приятно, когда дома висят какие-то красивые картины родного человека… Но у меня дома вообще никаких картин нет - пустые стены. Может, маме и хотелось бы увидеть красивую природу, мною нарисованную. Но, к сожалению, я по-другому чувствую свои мотивы в изобразительном искусстве.

Новые статьи:

Поделиться ссылкой: